Ср, 23.10.2019
Максим Павлович Мальков
Меню сайта

Házy Erzsébet (Эржебет Хази)(1); (2)

 

«Из коллекции редких записей»

ЭРЖЕБЕТ ХАЗИ

(Передача I-я)

          Эта передача посвящается искусству известной соли­стки будапештской оперной сцены, народной артистки ВНР, лауреату премий имени Лайоша Кошута и Ференца Листа Эржебет Хази. Имя, голос и обаятельная внешность этой певицы хорошо знакомы нашим слушателям по кино- и телеэкрану, её записи часто звучат в музыкальных пере­дачах из Будапешта и в программах Всесоюзного радио, известны по пластинкам венгерских граммофонных фирм «Квалитон» и «Хунгаротон». Она неоднократно гастролировала на сцене московского Боль­шого театра. Последняя по времени встреча нашей аудитории с Эржебет Хази состоялась в 1976 г., когда отечественные и зарубежные по­читатели Большого театра отмечали 200-летие его существования.


Марти
Талвела

Берит
Линдхольм

Габриэла
Бенячкова

           В торжественном юбилейном концерте участвовали посланцы ведущих му­зыкальных театров мира, чествовавших заслуги нашей знаменитой сцены: среди выступавших были Марти Талвела как представитель нью-йоркской «Метрополитен-опера», Берит Линдхольм из Шведской Коро­левской оперы в Стокгольме, Габриэла Бенячкова из пражского «На­родни Дивадло», а от лица венгерских коллег юбиляра пела Эржебет Хази, исполнившая рассказ Мими из 1-го акта оперы Джакомо Пуччини «Богема»...

(Рассказ Мими – 4,5)

          Это памятное для Эржебет Хази выступление не случайно было свя­зано с музыкой Джакомо Пуччини: его оперное творчество своим жиз­нелюбием, гуманизмом, мелодической распевностью, глубоким драма­тизмом всегда особенно привлекало певицу. Именно Пуччини (услышан­ная в детстве «Мадам Баттерфляй») заронил в неё любовь к оперно­му театру и первую, робкую мечту о сцене, его музыка помогла позд­нее раскрыться богатому вокально-сценическому дарованию Хази...

           Впрочем, в начале её жизненного пути была Братислава, где в 30-е годы жили её родители и где маленькая Эржи вместе со своими чешскими и словацкими сверстницами училась в музыкальной школе игре на фортепиано (когда много лет спустя Хази гастролировала в местной опере и великолепно спела по-чешски Маженку в «Продан­ной невесте» Б. Сметаны, она сказала репортёрам: «Для меня было большой радостью вернуться в город моего детства и вспомнить язык, который я с детства полюбила»). Позднее семья переехала в Буда­пешт, и в столичную консерваторию Эржебет поступала уже как певица. Занятия в вокальном классе педагога Ласло Гезы Эржи сочетала с ра­ботой в хоре Будапештского радио, где её звучное и подвижное соп­рано впервые обратило на себя внимание и позволило стать солисткой этого коллектива. По окончании консерватории Хази зачисляют в стажёрскую группу Будапештской оперы и поручают ей небольшие лирико-колоратурные партии. Со временем она становится дублёршей маститой венгерской певицы Марии Дьюркович и в очередь с ней поёт Амура в «Орфее и Эвридике» К. Глюка, Керубино в «Свадьбе Фигаро» В.А. Моцарта, Мюзетту в «Богеме» Д.Пуччини, Норину в «Дон Паскуале» Г. Доницетти. Но вот в 1961 г. музыкальный руководитель театра, выдающийся итальянский дирижер Ламберто Гарделли приступает к работе над постановкой давно не ше­дшей здесь оперы Пуччини «Манон Леско» и утверждает на главную роль в первом составе Эржебет Хази. После премьеры критика с вос­торгом приветствует двух героев спектакля-недавних дебютантов: «настоящего пуччиниевского тенора» Роберта Илошфальви, певшего де Гриё, и «удивительную Манон Эржебет Хази, красота, женствен­ность и отчаяние которой в финале оперы потрясли всех»...

(Ария Манон – 6”)
   

  

          После Манон Хази единодушно признали певицей широчайших испол­нительских возможностей, которые были убедительно подтверждены многими разнохарактерными дальнейшими ролями актрисы, такими, как Поппея в «Коронации Поппеи» «отца оперы» Клаудио Монтеверди, Эва в «Нюрнбергских мейстерзингерах» Р. Вагнера, Ариадна в «Ари­адне на Наксосе» Рихарда Штрауса, Бесс в «Порги и Бесс» Д.Гершвина, Недда в «Паяцах» Р. Леонкавалло, Татьяна в «Евгении Онегине» Чайковского... Кстати, с «Оне­гиным» связано одно из первых ответственных зарубежных выступле­ний Эржебет Хази: в 1965 г. в партии Татьяны её впервые услышала Москва, и пушкинская героиня Хази пела по-русски...

(Фрагмент сцены письма – финал – 3”)

            Когда в 1971 г. Эржебет Хази вновь приехала на гастроли в нашу страну в составе труппы Будапештской оперы, она участвовала во всех трёх спектаклях, показанных на сцене Большого театра, пела Поппею в опере Монтеверди, пуччиниевскую Манон и Невесту в «Кровавой свадьбе» Шандора Соколаи. Музыкальная драма Соколаи, напи­санная на сюжет Федерико Гарсиа Лорки, знаменовала собой первую встречу Хази с творчеством её даровитого соотечественника, одного из самых активных творцов современного оперного репертуара. Доказательством того, что это сотрудничество было высоко оценено компо­зитором, может служить факт написания Шандором Соколаи ведущих женских партий в его последующих операх (Офелии в «Гамлете» и Далилы в «Самсоне») специально для Эржебет Хази, другой венгер­ский композитор Андраш Михай посвятил ей главную роль в своей опере «Вместе и в одиночку». Эти партии обогатили обширный нацио­нальный репертуар Хази, украшением которого осталась и поныне Эржи в «Хари Яноше» венгерского классика Золтана Кодая...

(Песня Эржи – 2”)

            Kак и в начале творческого пути, нынешняя Эржебет Хази – признанный мастер венгерской оперной сцены – сохраняет верность музы­ке своего любимого автора - Джакомо Пуччини. Обширный репертуар её родного театра – Будапештской оперы – во многом отразил творчес­кие пристрастия ведущей солистки труппы. Кроме уже названных пуччиниевскнх ролей Мюзетты, Мими и Манон, Эржебет Хази спела здесь Лауретту в «Джанни Скикки», Жоржетту в «Плаще», Минни в «Девушке с Запада», Лью в «Турандот»… Пожалуй, лишь немногие исполни­тельницы могут назвать в своём активе столь широкий круг ролей, созданных творческой фантазией «вдохновенного певца женской ду­ши», как часто и по справедливости именуют Пуччини. Образ маленькой гейши, нежной и хрупкой Чо-чо-сан, ставшей, должно быть, самым знаменитым из женских портретов, подаренных миру Джакомо Пуччини, вошёл в репертуар Эржебет Хази, когда её певчес­кий и драматический талант достиг своего расцвета, когда артисти­ческая зрелость позволила ей впечатляюще раскрыть путь её мадам Баттерфляй от наивного и восторженного «мотылька» 1-го акта до трагической героини финала, уходящей из жизни, но не изменяющей своей чести и любви... Сцена прощания с сыном и смерти Баттерфляй прозвучит в сопровождении симфонического оркестра Венгерской госу­дарственной оперы под управлением главного дирижёра театра Миклоша Эрдейи, в партии Пинкертона – тенор Ласло Сигети...

(Финал оперы «Мадам Баттерфляй» – 4)

             Не часто бывает, чтобы среди лучших ролей современной оперной актрисы – наряду с образами классики – называли персонаж новейше­го репертуара, порождение иной эпохи, стиля, художественной мане­ры. Но применительно к Эржебет Хази венгерская музыкальная и теат­ральная критика поступает именно таким образом, ставя рядом с её Манон в ряд высших достижений певицы образ Дженни Смит из сатири­ческого музыкального памфлета Курта Вайля и Бертольда Брехта «Ра­сцвет и падение города Махагони». Эта своеобразная сценическая притча о самодовольстве, духовной нищете и крахе довоенного буржу­азного мира оперирует непривычными для традиционного оперного те­атра приёмами и жанрами джазовой музыки, навсегда связанными с творческим наследием Брехта «зонгами». Зонг из I-го акта и блюз Дженни из II-го акта оперы Вайля-Брехта «Расцвет и падение города Махагони» в исполнении народной артистки ВНР Эржебет Хази довер­шат творческий портрет той, которую венгерская публика с гордо­стью называет «истинно синтетической современной певицей и актрисой»...

(Зонг и блюз Дженни – 6)

Автор передачи М.П. Мальков.

 

«Из коллекции редких записей»

ЭРЖЕБЕТ ХАЗИ

(Передача 2-я)

           Народная артистка ВНР Эржебет Хази, об оперной исполнительской деятельности которой мы рассказывали в прошлый раз, у себя на ро­дине и за её пределами – в Вене и Берлине – не менее широко изве­стна как мастер другого музыкального жанра – оперетты. Собственно, и для многих советских слушателей первое знакомство с игрой и пе­нием Хази состоялось, должно быть, в ту пору, когда на наши экра­ны пришла венгерская музыкальная комедия «Герцогиня Герольштейнская», снятая по одноименной оперетте Жака Оффенбаха. В этом филь­ме заглавную роль во всеоружии своего обаяния, музыкальности, чу­десной внешности и пластики, столь тяжёлой для актёрской передачи опереточной «лёгкости», пикантности и изящества сыграла Эржебет Хази. Известнейшие оперные певцы мира не скрывали своего увлечения прекрасным искусством классической оперетты, и такие знамени­тые вокалисты Венгрии, маститые предшественники Хази, как Мария Дьюркович, Коломан Патаки, Шандор Швед оставили удачные записи в этом репертуаре.

Мария
 Дьюркович


Коломан
Патаки

Шандор
 Швед

          Но немногие из них дерзали выйти на опереточную сцену, вести прозаический диалог, двигаться и танцевать с блеском, какого требует этот пресловутый «лёгкий жанр». Эржебет Хази не только умеет, но и очень любит делать это – выступать в опереттах, музыкальных комедиях, мьюзиклах, ревю. Недаром среди многих наг­рад, которых удостоена Хази, одна из самых дорогих для неё – зва­ние лауреата открытого конкурса Венгерского телевидения «Любимые артисты голубого экрана», неоднократно присуждавшееся ей большин­ством голосов на плебисците телезрителей. Когда итальянский музы­ковед и журналист Рубенс Тедески представлял читателям газеты «Паэзе сера» в корреспонденции из Будапешта виднейших исполните­лей местной сцены, он назвал Эржебет Хази «венгерской Анной Моффо»: действительно, даже самым горячим поклонникам Хази и Моффо трудно решить, какой роли любимой певицы – Манон или Баттерфляй, Сильве или Саффи – следует отдать пальму первенства. Кстати, имен­но Саффи в «Цыганском бароне» Й. Штрауса положила начало между­народной известности Эржебет Хази как актрисы оперетты.

  

           В одной из телевизионных программ её увидел и услышал человек, которого называли «патриархом европейской оперетты», ныне покойный дирижёр и ком­позитор Роберт Штольц. Задуманная им постановка на сцене западно­берлинской оперы «Цыганского барона» имела уже утверждённый сос­тав исполнителей во главе с Баринкаем – популярным тенором Рудоль­фом Шоком. Не была определена лишь Саффи, и на эту роль Штольц вы­брал Эржебет Хази. Полную запись этой оперетты музыкальные рецен­зенты отметили рядом граммофонных премий и оценкой «творческий эталон». Дуэт Саффи и Баринкая «Кто нас венчал» из II-го акта оперетты прозвучит в исполнении Эржебет Хази и Рудольфа Шока в со­провождении хора и оркестра под управлением Роберта Штольца.

(Дуэт Саффи и Баринкая – 5)

            Особой честью и признанием исполнительских заслуг Эржебет Хази стало последовавшее вскоре приглашение певицы в столицу венской оперетты. Знаменитый театр «Ан дер Вин» – сценическая колыбель многих шедевров оперетты – в 1965 г. отмечал 60-летний юбилей од­ной почтенной, но неисправимо легкомысленной и обаятельной дамы, начавшей отсюда своё триумфальное шествие по сценам всего света и называвшей себя то по-венгерски «A vig özvegy», то по-английски «The Merry Widow», то по-немецки «Die lustige Witwe», то по-итальянски «La vedova allegra», то по-русски – «Весёлая вдо­ва». Венским партнёром Хази – Ханны Главари был известный австрийский артист оперетты и кино Йоханнес Хестерс, выступавший в роли графа Данилы. На родной будапештской сцене привычным коллегой арти­стки в этой оперетте Ференца Легара являлся оперный тенор Тибор Удварди. Сейчас в исполнении Хази и Удварди вы услышите каскадный ду­эт из II акта оперетты, известный под названием «Песни о глупом всаднике», оркестром Будапештской оперы дирижирует Янош Керекеш.

(Дуэт Ханны и Данилы – 3”)

 
        У каждого поклонника неувядающей «Весёлой вдовы» есть в этой оперетте свои любимые номера – поэтичная «Песня о Вилье» Ханны, бравурные куплеты Данилы «Пойду к «Максиму» я», зажигательная мелодия ансамбля «Ах, без женщин и свет нам не мил…». Но все они вместе, должно быть, согласятся, что пленительный лиризм этой музыки особенно выразительно воплотился в знаменитом вальсе Ханны Главари и Данилы «О, если б ваши сны...» Этот едва ли не самый известный в мире любовный дуэт из оперетты прозвучит в том же исполнении.

(Дуэт Ханны и Данилы – 3”)

           Если в оперном репертуаре Эржебет Хази преобладают произведе­ния Джакомо Пуччини, то в мире оперетты её главные симпатии отда­ны Ференцу Легару, которого, впрочем, неслучайно называют «Пуччини оперетты». Музыка «романтической оперетты», как назвал свою «Цыганскую любовь» Легар, особенно дорога ей близостью к вокаль­ной стихии оперы. Как известно, Ференц Легар и предназначал её для постановки в Будапештской опере, выдвигая перед певцами испол­нительские проблемы, достойные большой сцены. Да и конфликты, чув­ства и страдания героев носят здесь отнюдь не «опереточный» (в пренебрежительном смысле этого определения), т.е. показной и наро­читый характер. Юная дочь венгерской пусты, красавица Зорика мечтает о большой и чистой любви, за которую принимает сначала крас­норечие цыгана-скрипача Йожи...

(Ария Зорики – 3”)

           О том, как Эржебет Хази ценит мелодическую красоту этой парти­туры Ференца Легара, свидетельствует факт, что в грамзаписи «Цы­ганской любви» она исполняет обе ведущие женские партии – моло­денькой Зорики и умудрённой житейским опытом, знающей цену своим женским чарам графини Илоны. Дуэт обольстительной кокетки Илоны со старым поклонником её красоты Драготином поют Эржебет Хази и её коллега по труппе Будапештской оперы, баритон Дьёрдь Раднай, оркестром Венгерской государственной оперы дирижирует Тамаш Брайтнер.

(Дуэт Илоны и Драготина – 5”)

 

         В жанре оперетты и мьюзикла Эржебет Хази создала большую галерею разнохарактерных образов: это Сильва, Марица и Теодора («Прин­цесса цирка») в опереттах Имре Кальмана, многочисленные героини Йоганна и Оскара Штрауса, Мадлен («Бал в Савойе») и Виктория («Виктория и её гусар») в произведениях Пала Абрахама, Элиза Дулитл («Моя прекрасная леди» Фредерика Лоу), Мария («Вестсайдская история» Леонарда Бернстайна) и другие.

 

 

 

  

         

           Не всегда имея возможность сочетать выступления на оперной и опереточной сцене, Хази пользуется записью на грампластинки, чтобы запечатлеть в них те привлекательные для неё партии, которые ещё не исполнялись ею в театре. Так недавнее пребывание на родине выдающегося современ­ного венгерского тенора, солиста нью-йоркской «Метрополитен-опера» и миланской «Ла Скала» Шандора Коньи она отметила записью с ним в граммофонной студии популярных дуэтов из классических опе­ретт. Один из номеров этого диска – дуэт герцогини Мари и Адама из I акта оперетты Карла Целлера «Продавец птиц» – мы предлага­ем вашему вниманию. Поют Эржебет Хази и Шандор Конья, хор и ор­кестр Венгерского радио и телевидения звучат под управлением Тамаша Броди.

(Дуэт Мари и Адама – 3)

           Наше небольшое путешествие в мир оперетты завершит пение одной из самых задорных, темпераментных и обаятельных героинь Хази. Пес­ня Жанны из оперетты Карла Миллёкера «Графиня Дюбарри» прозвучит в сопровождении хора и оркестра Венгерского радио и телевидения под управлением Тамаша Броди. Поёт артистка оперы, оперетты, кино, телевидения и радио, народная артистка ВНР Эржебет Хази...

(Песня Жанны – 3)

Автор передачи М.П. Мальков

Памяти Эржебет Хази

Форма входа
Календарь
«  Октябрь 2019  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031
Новости на сайте
Поиск
Copyright MyCorp © 2019
Яндекс.Метрика